Судебный акт не исполнялся долгое время. Компании удалось взыскать моральный вред

02.04.2014

Источник: Арбитражная практика
Время чтения: 26 минут

Взыскатель получил исполнительный лист в 2009 году, но судебные приставы-исполнители не принимали никаких мер к исполнению акта и не информировали компанию о ходе его исполнения. Суд признал такое бездействие недобросовестным и взыскал с ФССП в пользу компании моральный вред. 

Проблема неисполнения судебных решений является одной из основных для современной судебной системы. Исследователи приводят данные о том, что постановления судов общей юрисдикции исполняются в 36% случаев, а судебные акты арбитражных судов — в 27%. Общие (итоговые) суммы неисполненных судебных решений могут исчисляться миллиардами рублей, о чем можно сделать вывод, используя статистические сведения Федеральной службы судебных приставов РФ. Проблема неисполнения судебных актов затрагивает всех: как граждан и юридических лиц, обращающихся в суд за защитой нарушенных прав, так и само государство, поскольку, с одной стороны, государство не может исполнить судебные акты по наложенным штрафам, а с другой стороны, неисполненное решение суда подрывает авторитет государственной власти и права. 

Фабула дела

1 декабря 2009 года решением арбитражного суда в пользу ООО «Роквул-Север» было взыскано более 1,9 млн руб. Решение суда вступило в законную силу, был выдан исполнительный лист. В январе 2010 года УФССП возбудило исполнительное производство. До января 2011 года в адрес взыскателя сведений (копий документов) о ходе исполнительного производства не поступало. 

"В январе 2011 года мы решили ознакомиться с материалами исполнительного производства и обнаружили, что в них отсутствовали документы о совершенных приставом исполнительных действиях. Причем со слов судебного пристава-исполнителя исполнительное производство в отношении должника было объединено в сводное исполнительное производство, однако копия постановления об объединении производств нам не вручалась (не направлялась). После нашего обращения к руководству УФССП России по г. Москве нам удалось получить копию постановления об объединении исполнительных производств в сводное производство, датированное февралем 2010 года", - рассказывает представитель истца Михаил Самойлов.

В период с января по сентябрь 2011 года судебный пристав-исполнитель совершал отдельные исполнительные действия, как правило, после письменных обращений взыскателя. В сентябре 2011 года судебного пристава-исполнителя, который вел дело, перевели в другое подразделение службы. 

"В декабре 2011 года в помещении Черемушкинского отдела судебных приставов по ЮЗАО УФССП по г. Москве произошел пожар, поэтому наше исполнительное дело было утрачено и почти 6 месяцев отдел просто не работал. В мае 2012 года после обращения в арбитражный суд мы получили дубликат исполнительного листа и вновь передали его в службу судебных приставов. Однако за прошедшие годы в ходе исполнительного производства изменилось соответствующее законодательство, что, видимо, не учли в суде. Соответственно пристав вынес постановление об отказе в возбуждении исполнительного производства, мотивировав отказ отсутствием ИНН должника. Так как мы понимали, что обжалование отказа займет более длительное время, в качестве вынужденной меры мы получили второй дубликат исполнительного листа в новой версии", - поясняет юрист компании-взыскателя Александр Калинин.


В таких условиях трудности, с которыми столкнулось ООО «Роквул-Север» - дочернее предприятие корпорации Роквул Интернешнл в России, - не являются, к сожалению, какими-то особыми.   

Признание бездействия пристава незаконным и взыскание убытков - неэффективные способы защиты

Несмотря на типичность ситуации, таких правовых средств, как признание бездействия судебного пристава-исполнителя и (или) взыскание убытков, недостаточно для эффективного решения проблемы. Объясним почему.

Признание бездействия незаконным. Взыскатель вправе подать жалобу в порядке подчиненности на действия (бездействия) судебного пристава-исполнителя (ст. 122, 123, 128 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон № 229-ФЗ). Также существует возможность подать жалобу в прокуратуру, в том числе с целью принятия мер прокурорского реагирования. Кроме того, взыскатель может оспорить в суде действия (бездействия) судебного пристава-исполнителя. 

"По нашему мнению, назвать эти меры эффективными нельзя.
Во-первых, установлен срок, в течение которого взыскатель может подать жалобу – 10 дней со дня, когда заявитель узнал или должен был узнать о бездействии судебного пристава-исполнителя (ст. 122 Закона № 229-ФЗ). Пропуск данного срока является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований взыскателя (постановления ФАС Поволжского округа от 13.12.2011 года по делу № А06-1286/2011, от 29.12.2011 года по делу № А12-6564/2011; определение ВАС РФ от 24.04.2012 года № ВАС-5021/12). Когда судебный пристав-исполнитель бездействует на стадии возбуждения исполнительного производства и (или) принятии мер, направленных на принудительное исполнение судебного акта, взыскатель обязан отслеживать действия пристава, посещать Отдел ФССП фактически каждую неделю и строго соблюдать установленный срок. Однако в условиях, когда взыскатель и служба находятся в разных регионах, это практически невозможно. 

Во-вторых, статистические данные свидетельствуют, что в 2011 году лишь 33% жалоб, поступивших в центральный аппарат ФССП России, признаны обоснованными. Меры прокурорского реагирования, например выдача предписания руководителю отдела ФССП об устранении нарушений закона, так же зачастую носят формальный характер и не влекут никаких изменений ситуации.

Наконец, судебная защита не может быть признана эффективной, поскольку срок рассмотрения дела в арбитражном суде в среднем составит 5-6 месяцев, а в отдельных случаях - более 1 года. Кроме того, нам известны случаи, когда судом бездействия судебного пристава-исполнителя признавались незаконными, исполнительное производство передавалось другому судебному приставу-исполнителю, который допускал аналогичное бездействие", - рассказывает представитель взыскателя Михаил Самойлов.

Убытки. Убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа, подлежат возмещению Российской Федерацией (ст. 16 ГК РФ). В статье 1069 ГК РФ содержится аналогичная норма о возмещении за счет казны Российской Федерации вреда, причиненного государственными органами, а также их должностными лицами при указанных условиях.

Требование о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу в результате действия (бездействия) судебного пристава-исполнителя, может быть удовлетворено при установлении судом одновременно следующего состава гражданского правонарушения:

  • факта причинения убытков и их размера;
  • подтверждения незаконности действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя;
  • наличия причинной связи между указанными действиями (бездействием) и возникновением убытков (п. 5 информационного письма Президиума ВАС РФ от 31.05.2011 № 145, постановление Президиума ВАС РФ от 13.12.2011 года № 9350/11). Доказанность этого состава влечет удовлетворение требования взыскателя о взыскании убытков за действие (бездействие) судебного пристава-исполнителя (постановления Президиума ВАС РФ от 09.07.2009 года № 2183/09, ФАС Западно-Сибирского округа от 27.12.2013 года по делу № А45-3086/2013, Уральского округа от 28.05.2012 года № Ф09-3815/12, Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2014 года по делу № А56-55948/2011).
Дополнительно представители правоприменительных органов полагают, что для привлечения судебного пристава-исполнителя к ответственности в виде взыскания убытков требуется еще одно обстоятельство, которое фактически является пятым элементом состава гражданского правонарушения – факт утраты возможности взыскания денежных средств с должника в рамках исполнительного производства.

"Совершенно очевидно, что далеко не любое бездействие судебного пристава-исполнителя может повлечь возникновение убытков у взыскателя. Поэтому отсутствие материальных убытков исключает всякую возможность предъявления соответствующего иска, так как отсутствует один из обязательных элементов гражданского правонарушения, что является безусловным основанием для отказа в иске (постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 05.07.2013 года по делу № А19-10130/2012, Уральского округа от 14.05.2013 года № Ф09-3014/13)", - продолжает представитель истца Михаил Самойлов.

В проекте постановления Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об исполнительном производстве» (далее - Проект) высшая судебная инстанция предложила судам следующие разъяснения по вопросам применения законодательства об исполнительном производстве.

ЦИТАТА: «В случаях, когда судебным приставом-исполнителем совершены действия (бездействие), повлекшие невозможность исполнения судебного акта, в частности, незаконно снят арест с впоследствии отчужденного должником имущества, взыскатель имеет право на иск о возмещении вреда с казны Российской Федерации за незаконные действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя по правилам статей 1064, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Суд не может полностью отказать в удовлетворении требования истца о возмещении вреда, причиненного действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности (п. 7 Проекта).

"Такое разъяснение является синтезом высказанных ранее Высшим арбитражным судом РФ правовых подходов при разрешении конкретных дел в порядке надзора. Несмотря на то, что оно непосредственно не решает проблемы длительного бездействия судебного пристава-исполнителя по возбуждению исполнительного производства, принятию мер по принудительному исполнению судебного акта и (или) информированию об этом взыскателя, мы не исключаем, что в доктрине и судебно-арбитражной практике появятся идеи о возможности взыскания номинальных убытков, причиненных подобным бездействием", - рассуждает юрист взыскателя Александр Калинин.

Юрлицам возмещают не только материальные потери, но и моральный вред

Еще одним механизмом защиты заинтересованного лица в связи с длительным неисполнением судебного акта, на первый взгляд, является Федеральный закон от 30.04.2010 № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее – Закон № 68-ФЗ). Многие правоведы связывали с его появлением надежду на разрешение существующих сложностей в сфере исполнения судебных актов, в частности, проблем длительного неисполнения судебных актов. Однако правоприменительная практика практически сразу показала, что закон не оправдал таких ожиданий.

Дело в том, что действие Закона № 68-ФЗ не распространяется на требования о присуждении компенсации в случаях нарушения срока исполнения судебных актов, предусматривающих обращение взыскания на денежные средства организаций, не являющихся получателями бюджетных средств (ч. 1 ст. 1 Закона № 68-ФЗ, п. 1 постановления Пленума ВС РФ № 30, Пленума ВАС РФ № 64 от 23.12.2010). Таким образом, если длительное время не исполняется судебный акт о взыскании денежных средств с одного юридического лица в пользу другого, Закон о компенсации неприменим (решения ФАС Волго-Вятского округа от 11.10.2013 по делу № А31-9500/2011, Северо-Западного округа от 13.08.2013 по делу № А52-4684/2013, Московского округа от 07.09.2010 по делу № КГ-А40/9379-10, Поволжского округа от 26.07.2010 года по делу № А57-7404/1999).

"Ситуация, с которой мы столкнулись, на первый взгляд может показаться неразрешимой. С одной стороны, требование о признании действий (бездействия) - неэффективно. С другой - не любое бездействие судебного пристава-исполнителя влечет убытки взыскателя. Как следствие, иск о взыскании убытков заявлять нельзя. И, наконец, Закон № 68-ФЗ неприменим, а право взыскателя на исполнение судебного акта в разумный срок продолжает нарушаться. Несмотря на то, что наше дело является единичным (нам, по крайней мере, неизвестно о других подобных делах) и в какой-то степени уникальным, его правовые основания были заложены практикой высших судебных инстанций давно", - рассказывает юрист взыскателя Александр Калинин.

Отсутствие права на присуждение компенсации на основании Закона № 68-ФЗ не лишает заинтересованное лицо права обратиться в суд с иском о компенсации морального вреда на основании ст. 151 ГК РФ (п. 2 постановления Пленума ВС РФ № 30, Пленума ВАС РФ № 64 от 23.12.2010). Буквальное толкование разъяснения позволяет сделать вывод, что в качестве заинтересованного лица может выступать как физическое лицо, так и юридическое лицо, поскольку право на судебную защиту (а исполнение судебного акта – это неотъемлемая часть данного права) принадлежит и физическим, и юридическим лицам (определения КС РФ от 22.04.2004 по делу № 213-О; от 04.12.2003 по делу № 508-О).

"Сама по себе данная правовая позиция - требование о взыскании морального вреда в пользу юридического лица - может вызвать недоумение у большинства отечественных практикующих юристов. Всегда считалось, что взыскать моральный вред в пользу юридического лица не представляется возможным, так как оно не может нести нравственных или физических страданий. В отношении возмещения морального вреда в пользу юридических лиц в нашей стране существует очень консервативный стандарт примерно на уровне XIX века. Более демократичный стандарт вырабатывался очень медленно и долго", - делится представитель компании Михаил Самойлов.

Символично, что ситуация начала меняться лишь недавно. 

В постановлении Европейского суда по правам человека от 06.04. 2000 года по делу «Компания Комингерсол С.А.» против Португалии» суд отметил: «Европейский суд, таким образом, не может исключать возможность присуждения компенсации за моральный вред коммерческой организации <…> тот факт, что рассматриваемое производство по делу длилось сверх разумного срока, должно было причинить компании «Комингерсол С.А», ее директорам и акционерам значительное неудобство и длительную неясность <…>. В данной связи, логично предположить, что компания заявитель находилась в состоянии неопределенности, что оправдывает присуждение компенсации». Позднее Европейский суд по правам человека в деле против России подчеркнул, что «является допустимым присуждение компенсации причиненного морального вреда юридическому лицу в связи с перенесенными им «длительной неопределенностью» и «неудобством».

Таким образом, официально на международном уровне было признано изменение концепции в отношении морального вреда, причиненного юридическим лицам - им стали возмещаться не только материальные потери, но и все те, которые возникают в нематериальной сфере.

Длительное неинформирование взыскателя может стать основанием для взыскания морального вреда

В актах Конституционного суда РФ также встречается правовая позиция, в соответствии с которой в отношениях, имеющих публично-правовую природу, допустимо применение ст. 151 ГК РФ, предусматривающей компенсацию морального вреда.

ЦИТАТА: «Исключение данной статьи (ст. 151 ГК РФ – Примеч. авт.) в системе действующего гражданско-правового регулирования из механизма обеспечения реального исполнения судебных решений, т.е. понимание ее положений как увязывающих возможность компенсации за счет казны морального вреда в случаях неисполнения судебных решений, возлагающих обязанности на органы публичной власти, с введением специального законодательного регулирования, приводило бы к нарушению прав граждан, гарантируемых статьями 15 (часть 4) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, и в конечном счете - к нарушению международных обязательств Российской Федерации по Конвенции о защите прав человека и основных свобод» (определение КС РФ от 03.07.2008 № 734-О-П).

"Очевидно, если судебный акт не исполняется продолжительный период времени, и взыскатель пребывает в состоянии неопределенности в отношении результатов его исполнения либо причин, по которым судебный акт исполнить нельзя, то взыскатель – юридическое лицо, пребывает в состоянии недопустимой правовой неопределенности. Поэтому когда ФАС Московского округа рассматривал наше дело, он применил ст. 15 Конституции РФ, и указал, что составной частью российской правовой системы является Конвенция о защите прав человека и основных свобод, в том числе с учетом практики Европейского Суда по правам человека», - рассказывает юрист компании-взыскателя.

Конечно, государство не может нести ответственность всякий раз, когда не исполняется судебный акт. И Европейский суд по правам человека (решение ЕСПЧ от 18.06.2002 года «По вопросу приемлемости жалобы № 48757/99 "Валерий Филиппович Шестаков (Shestakov) против России»), и Конституционный суд РФ (определение КС РФ от 08.02.2011 года № 115-О-О) предполагают, что в сфере исполнения судебных решений, вынесенных в отношении частных субъектов, ответственность государства ограничивается надлежащей организацией принудительного исполнения судебного решения. Это не может подразумевать обязательность положительного результата, если таковой обусловлен объективными обстоятельствами, зависящими от должника, а не от системы исполнения судебных решений. 

Ненадлежащая организация процедуры исполнения судебного акта является основанием ответственности. Основы надлежащей организации исполнения судебного акта заложены Законом № 229-ФЗ. 

Так, Законом определен порядок и срок совершения исполнительных действий, объем прав и обязанностей судебного пристава-исполнителя. В срок, отведенный для исполнения судебного акта, судебный пристав-исполнитель обязан принять меры, направленные на исполнение требований исполнительного документа, а при невозможности исполнить требования, содержащиеся в исполнительном листе, должен принять соответствующее решение. Такое решение должно быть оформлено соответствующим постановлением, которое должно быть мотивированным, и взыскатель должен быть проинформирован о нем. 

"Изначально Арбитражный суд города Москвы прекратил производство по делу, посчитав, что подобное требование вовсе не может быть рассмотрено в рамках арбитражного судопроизводства. С ним согласился и Девятый арбитражный апелляционный суд. Однако в дальнейшем такая позиция ФАС Московского округа была признана ошибочной, дело было направлено на новое рассмотрение. Во второй раз суды решили в иске нашему доверителю отказать, мотивируя свое решение недоказанностью противоправного бездействия. Однако и во второй раз аргументация нижестоящих судов была признана ФАС Московского округа ошибочной. Кассационный суд своим постановлением отменил все нижестоящие судебные акты, принял новое решение об удовлетворении требований, взыскав с Российской Федерации в лице ФССП России моральный вред в пользу нашего доверителя", - рассказывает представитель взыскателя, юрист АП КИАП Михаил Самойлов.

Кассационный суд указал, что в установленный законом срок ФССП не было принято законных, полных и достаточных мер к совершению исполнительных действий. 

В мотивировочной части постановления суда указано, что нижестоящие суды при отказе в иске не учли практику ЕСПЧ при решении вопроса о компенсации юридическому лицу нарушенного нематериального блага. Эта практика исходит не из факта физических и нравственных страданий юридического лица, а из факта длительной не определенности. Поэтому был сделан вывод о том, что акты нижестоящих судов приняты при неправильном применении ст. 15 Конституции РФ, положений Конвенции о защите прав человека
и основных свобод, а также судебной практики ЕСПЧ. Также взыскатель не извещался о мерах, направленных на исполнение судебного акта. Более 2 лет находился в состоянии неопределенности относительно исполнения судебного акта. Это послужило основанием для взыскания морального вреда в нашу пользу.

"Нет никакого сомнения в том, что такой подход суда вызовет критику со стороны отдельных ученых и практикующих юристов. Однако, по нашему мнению, развитие данного института к подобного рода сложным правоотношениям будет способствовать повышению эффективности судебной защиты субъектов экономической деятельности, и в отличие от, например, института номинальных убытков не позволит практике сформировать «цену» неисполнения судебного решения. 

В конце декабря 2013 года в Отдел ФССП пришла информация из ОАТИ Спецгостехнадзора, что у должника есть имущество (буровая установка), которое стоит на учете с 2007 года и по настоящее время, так что надеемся взыскание будет осуществлено и дальнейшее развитие практики не потребуется", - подводят итог представители компании.

В АНГЛО-АМЕРИКАНСКОМ ПРАВОПОРЯДКЕ С ДОЛЖНИКА ЧАСТО ВЗЫСКИВАЮТ НОМИНАЛЬНЫЕ УБЫТКИ

Институт взыскания номинальных убытков хорошо знаком в англо-американском праве. Должнику в этом случае присуждается к уплате чисто номинальная сумма (обычно 1 дол. США). Главная функция этого института состоит в том, что таким образом в судебной практике формально признаются нарушение прав кредитора и ответственность за это должника.

Для российской практики проникновение такого института в отношения по исполнению судебных актов будет иметь негативный эффект, поскольку массовое обращение взыскателей с требованиями о взыскании номинальных убытков в связи с бездействием судебного пристава-исполнителя, и положительная судебная практика, быстро сформируют «цену» неисполнения любого судебного акта.

Для англо-американского подхода ценность такого способа защиты заключается, в частности, в том, что предъявление иска об убытках и присуждение истцу лишь номинальных убытков дает ему возможность компенсировать все судебные издержки по заявленному иску. Если для англо-американских судов присуждение судебных издержек является хорошим стимулом к тому, чтобы стороны разрешали свои споры во внесудебном порядке, то в России практика в этом вопросе, к сожалению, в целом только способствует спорам.

Twitter Facebook Яндекс Livejournal

Возврат к списку